В городе, где сплетни распространяются быстрее полицейских сводок, произошло событие, всколыхнувшее все общество. Известный коллекционер редкого антиквариата был найден бездыханным в собственном кабинете. Дело взял в работу опытный следователь Алексей Гордеев, известный своей дотошностью и нелюбовью к прессе. Его главной проблемой стала не отсутствие улик, а то, что первой на место преступления прибыла Виктория Соколова, амбициозная журналистка криминальной хроники. И между ними — не просто профессиональное противостояние, а затяжной бракоразводный процесс, полный взаимных претензий и невысказанных обид.
С первых же часов расследования их пути кардинально разошлись. Гордеев, опираясь на протоколы и экспертизы, видел картину хладнокровного, спланированного преступления. Его версия строилась вокруг деловых партнеров коллекционера и запутанных финансовых схем. Соколова же, используя свои связи в светских кругах, вышла на след тайной личной жизни покойного, обнаружив сеть скрытых отношений и потенциальных мотивов, о которых официальное следствие даже не подозревало.
Их соревнование превратилось в открытую войну. Каждая новая статья Виктории с интригующими намеками и «информированными источниками» выводила Алексея из себя, заставляя менять тактику. В ответ он блокировал доступ к информации, а его коллеги получали строгие указания не общаться с прессой. Каждый шаг супруга воспринимался другим как попытка скрыть истину. Гордеев видел в активной журналистке человека, который мешает следствию, возможно, чтобы замести собственные следы. Соколова же в действиях следователя усматривала желание быстрого закрытия дела и сокрытие улик, которые могли бы указать на него самого.
Ночные звонки превратились в словесные дуэли, где обмен профессиональными аргументами быстро перерастал в старые личные упреки. Они анализировали алиби друг друга с пристрастием, которого не было даже у самых подозрительных фигурантов дела. Он отмечал ее странную осведомленность о деталях, известных только убийце. Она копила материал о его спорных методах работы в прошлом. Их личная вражда стала главным топливом для расследования, заставляя копать глубже, чем когда-либо.
Парадоксально, но именно это взаимное недоверие и привело их к разным, но одинаково важным граням правды. Пока Гордеев выстраивал цепочку материальных доказательств, Соколова раскрывала мотивы, уходящие корнями в далекое прошлое. В итоге их параллельные расследования, движимые желанием доказать вину друг друга, неожиданно сошлись в одной точке, указав на третье лицо — человека, мастерски использовавшего их публичный конфликт в качестве прикрытия. Им пришлось сделать почти невозможное: на время забыть о взаимных обидах, чтобы, объединив полученные данные, предотвратить новое преступление и поставить точку в этом запутанном деле.
